Dolfi Dolfi
Jewish TOP 20
Мемориал
Три года спустя…
Два года
Годовщина трагедии
Флеш-фильм
Постановка спектакля
Книга
О раненых
О школе
О дискотеке
Фотографии
С места трагедии
Видеоматериалы
Музыка
Памятник у Дольфи
Похороны
Зажечь свечу
Статьи
Стихи
Борьба с террором
Дольфи Форум
Просим о помощи
Гостевая книга
Нам Пишут
Ссылки по Дольфи
Наши баннеры
Плакат
Пишите нам
||| Статьи |||
Тихое эхо взрывов

Аркадий КРАСИЛЬЩИКОВ. "Новости Недели", четверг 5.12.2002

Шекспир сказал: "В их безумии есть метод". Метод наших безумцев-соседей - взрыв и последующее эхо взрыва. Без многоцветного, многоликого, шумного, бурного отголоска и сам взрыв теряет смысл.

Вся энергия гнева и справедливого возмездия должна "уходить в свисток". Она и уходит в невольном единстве наших "миротворцев" с террористами.

- Мы, наверно, еще не научились точно реагировать на весь этот ужас, - говорит Саша Эльштейн. - Мы реагируем на теракты так, будто это новость, призванная нас развлечь в очередной раз. Будто насильственная смерть людей - это неизбежное стихийное бедствие. И случается оно только для того, чтобы у журналистов появился материал для новостных блоков.

Саша Эльштейн создал тихое, еле слышное эхо взрыва: сайт в Интернете. На электронный этот адрес "приходят" люди, как на кладбище, как к могиле жертв зла. Только такое эхо ему кажется возможным, а не бурная, спекулятивная реакция на каждый теракт израильских СМИ, да и средств массовой информации всего мира тоже.

Создается такое впечатление, что убийцы вместе с журналистами и множеством телевизионных каналов готовят для нас многосерийное шоу. Глядишь, мы скоро так привыкнем к этому зрелищу, что обходиться без него не сможем.

Жить не сможем без тиражирования смерти. В этом и есть главная цель террора, пронизанного философией смерти. Оружие террора не только взрывчатка - это и современные мощные СМИ, вооруженные по последнему слову техники.

Все мы по-разному восприимчивы к боли. Саша Эльштейн чувствует ее так, будто только вчера прогремел взрыв у "Дельфинариума". Ему тогда казалось, что горе это объединит всех людей, связанных с той страшной трагедией, заставит их быть мудрее и добрее, помогать друг другу, держаться друг за друга... Ему так казалось.

Эльштейн говорит, что ребята, раненные в том теракте, все еще не справились с физической и психической травмой. Многие их них брошены на произвол судьбы и находят спасение в наркотиках.
Громкое эхо теракта глохнет так же легко и быстро, как возникает. Идет время. Состоятельные люди, в первое время уронившую сочувственную слезу и доставшие чековые книжки, считают свой долг выполненным. Даже родные тех, кто стал жертвами терактов, все реже вспоминают о своей утрате.

Нет ничего плохого в том, что люди не умеют долго жить памятью о смерти. Сама жизнь противится этому.

В замечательном фильме Золтана Фабри "Мальчишки с улицы Пал" эти самые мальчишки, посетив дом только что умершего друга, уходят по улице от кинокамеры, и вдруг один из них начинает приплясывать, танцевать, а следом за ним и другие ребята, судя по походке, начинают слышать веселую музыку.

Жизнь презирает смерть. Жизнь ненавидит смерть. Жизнь противится смерти.

Только безумцы сами ищут гибель, тлен и мрак. Люди с нормальной психикой бегут от ужаса небытия.
Но смерть смерти рознь. Вспомните замечательные, глубоко человечные слова старой песни. Девушка провожает друга на войну: "А еще тебе желаю, я тебе, товарищ мой, если смерти - то мгновенной, если раны - небольшой".

"Еще" - потому что прежде всего мечтает девушка увидеть друга живым победителем, но если уж... Какие простые и мудрые слова: девушка желает любимому мгновенной смерти, потому что это смерть без мук.

Не помню, кто написал текст этой песни. Возможно, поэт был евреем. В те годы почти вся песенная культура России шла от потомков Авраама. Иудаизм не только бежит от смерти. Он ставит вне Закона мучительство.

То, что творят арабы на земле Израиля, это вызов Закону, ибо каждое их преступление ведет к мукам жертв, страданиям их близких.

Мы же громким эхом теракта только продлеваем это мучительство. Тихим - снимаем боль и поддерживаем настоящую память об утрате. И только такая память способна стать защитой от новых потерь.
"Никогда больше!" - заклинал евреев Меир Кахане. Кто-то произнес страшные слова: "Только за последние два года интифады евреи потеряли больше жизней, чем за всю историю погромов в царской России". Фанатиками ислама начат террор, переродившийся в геноцид еврейского народа, причем по всему миру.

Исламофашизм загоняет нас в гетто по всему миру. Грянул взрыв в Кении, убивший еврейских детей. Последует шумное эхо и этого взрыва, как всегда бестолковое и паническое.

Израиль проиграл идеологическую войну прежде всего потому, что не захотел понять масштабы кампании, затеянной фанатиками ислама. Побоялся понять. Не смог доказать миру, что в корне нашей трагедии и конфликта лежит не обыкновенный спор за землю, а религиозный "расизм", попытка нового геноцида еврейского народа, за которым должны последовать и те, кто сегодня равнодушен к нашей борьбе.

Мир был в ужасе, обнаружив печи Аушвица и массовые захоронения расстрелянных и замученных евреев. Сегодня мир привычно включает телевизоры при очередном сообщении о теракте. В лучшем случае сочувственно вздыхает и, чтобы задобрить наших убийц, вручает им Нобелевские премии.

СМИ мира не находят нужных слов и разучились мыслить достойным образом. Подлинные чувства и мысли, как правило, не посещают профессионалов от пропаганды. Послушно молчат некогда обманувшие, перехитрившие сами себя писатели, поэты, кинематографисты Израиля.

Снова голос совести и мудрости слышен от энтузиастов, людей бескорыстных, людей, живущих рядом с теми, кто каждый день рискует стать жертвой убийц.

Михаил Польской, руководитель студии наивного творчества "Корчак", пишет: "Нет в мире силы, которая смогла бы убедить нас в том, что УБИЙСТВО ДЕТЕЙ - ОТ БОГА. Убийство детей - это следствие именно того самого духовного и интеллектуального разврата, в котором убийцы пытаются убедить нас.

Мы любим жизнь, мы верим, что она дана нам не случайно, что мы должны достойными делами восславить Всевышнего, пославшего именно наши души в именно эти нелегкие времена в этот беспокойный мир, в этот прекраснейший на земле город, где за каждым из нac каждую минуту ведется охота, где смерть дышит в затылок, НЕВЗИРАЯ НА ЛИЦА и заставляя каждое предстоящее мгновение жизни проживать как последнее".

Студия Михаила Польского - маленькая детская студия, живущая неизвестно как и неизвестно на что, собрала на благотворительном концерте 470 шекелей и отдала эти деньги матери девочки, тяжело раненной в теракте.

СМИ Израиля не сообщали об этом. На концерте не было, как пишет художественный руководитель студии, "представителей властей, партий, журналистов и т.п." 100 долларов - это не событие. Это не актуально, да и шоу, представленное детьми, это не парад сексуальных меньшинств.

Тихое эхо не в чести у наших СМИ. Однако именно оно по-настоящему противится ужасу геноцида, навязанному Израилю исламским террором.

Сразу после теракта у "Дольфи-диско" Саша Эльштейн нашел на асфальте, обагренном кровью, клочок бумаги, а на нем стихи. До сих пор они нигде не были опубликованы. Да и автор не указал под стихами свою фамилию. Не для печати он писал их.

СВЕЧИ ПАМЯТИ

Замаливать грехи пойдем не в синагогу,
Пойдем на крохотный клочок земли,
Где памятник стоит убогий,
Где сморщенные лилии в пыли.

Зажгу свечу, чтоб до неба пылало
Воображенье скорбное мое
Свечу, чтобы вовеки не сгорала,
Чтоб звезды дальние увидели ее.

Там подле звезд мерцают ваши души,
Погибших в день защиты всех детей
Услышьте нас, увидьте это пламя!
Угасшей юности нет тишины
страшней.
Июня первый день
Пребудет с нами
До истеченья
горестных ночей...

Верно, и эти стихи написаны не профессионалом от поэзии, но сколько в них подлинного чувства, искренности и боли! Сколько силы молитвы, заклинания и мольбы, чтобы "никогда больше" не смогло произойти такое.

Читал стихи неизвестного поэта и вспомнил страшные строчки Евгения Евтушенко: "Над Бабьим Яром памятника нет". Неужели мы ограничимся одним равнодушным шумом СМИ и не сможем поставить памятник жертвам геноцида наших дней?

- Я бы сократил до минимума безликие, чисто информативные репортажи с мест терактов, - говорит Саша Эльштейн. - Нужен мгновенный и страшный ответ на злодеяние, а не долгие телевизионные дебаты о случившемся. И еще нужен памятный знак везде, где пролилась кровь жертв убийц. Понимаю, что страна у нас небольшая и мы рискуем всю ее заставить такими знаками, но мне почему-то кажется, что кошмар этот не прекратится, пока мы не сделаем этого. Масса бездарных, никому не нужных скульптурных сооружений уродуют Израиль. Я бы хотел видеть простые камни, а на них еще более простую надпись: на этом месте убийца по имени Махмуд такой-то, из деревни такой-то подло убил ни в чем не повинных людей, чья вина состояла лишь в том, что они родились евреями.

Может быть, эти камни помогут нам понять, что на самом деле происходит сегодня с Израилем и еврейским народом. Может быть, вызовут они в нас подлинный дух национального сопротивления.

Дух национального сопротивления - как точно сказано этим добрым и совсем не агрессивным человеком. Кто-то скажет, что это всего лишь слова. Не думаю. В свое время вот эти стихи Хаима Нахмана Бялика перевернули еврейский мир:

"... Встань и пройди по городу резни,
И тронь своей рукой, и закрепи во взорах
Присохший на стволах и камнях и заборах
Остылый мозг и кровь комками: то - они".

Поэму "Сказание о погроме" Бялик написал в 1904 году, сразу после резни в Кишиневе. Рискну напомнить, что за два года "исламской революции" в Израиле погибло больше евреев, чем за всю многолетнюю историю погромов в царской России.

Вернуться на главную Мемориал | Статьи | Дольфи Форум | Просим о помощи | Гостевая книга | Ссылки
Александр Эльштейн dolfi.ru © 2002 All rights reserved
dolfi.ru © Designed by SiteMaker