Dolfi Dolfi
Jewish TOP 20
Мемориал
Три года спустя…
Два года
Годовщина трагедии
Флеш-фильм
Постановка спектакля
Книга
О раненых
О школе
О дискотеке
Фотографии
С места трагедии
Видеоматериалы
Музыка
Памятник у Дольфи
Похороны
Зажечь свечу
Статьи
Стихи
Борьба с террором
Дольфи Форум
Просим о помощи
Гостевая книга
Нам Пишут
Ссылки по Дольфи
Наши баннеры
Плакат
Пишите нам
||| Раненые |||
"Подруги встретились, как уцелевшие солдаты"

"Вокруг беззвучно кричали люди..."

Около реанимационной палаты сидят муж и жена. Глаза у обоих воспаленные - видно, что уже несколько суток не спали. За плотно закрытыми стеклянными дверями находится их дочь, Катя Пелен. 1 июня шестнадцатилетняя девочка вместе со своими подругами, Ларисой Азясской и Ирой Непомнящей, отправилась на дискотеку в клуб "Дольфи". Взрыв прогремел неподалеку от них. Ира погибла сразу, Катя потеряла сознание, а Лариса, истекая кровью, с охваченными пламенем волосами, начала выбираться из толпы. Она сама поймала такси и попросила отвезти ее в ближайшую больницу. Уже оттуда девочка позвонила родителям и сказала: "Мама, папа, вы только не волнуйтесь... Я ранена".

Ранение Ларисы Азясской врачи оценивают как легкое. Однако вот что этот медицинский термин означает на деле: одна нога и спина девочки травмированы осколками, волосы и уши обожжены, пострадали барабанные перепонки. Только на третий день после теракта Лариса впервые встала на ноги и с помощью костылей смогла сделать несколько шагов.

Семья Азясских приехала в Израиль три с половиной года назад из Ташкента. Лариса - младшая из троих детей. С Ирой Непомнящей она подружилась еще в Ташкенте - во время изучения иврита в ульпане. "Это была настоящая, верная дружба, какая бывает только в юности", - говорит Анна, мама Ларисы. Другие пациентки рассказывают: когда Ларисе стало известно о том, что Ирочки нет в живых, она отказалась есть, не хотела принимать лекарства и непрерывно плакала.

В палате рядом с Ларисой лежит Вика Горенко. Ей тоже шестнадцать лет. На дискотеку она отправилась вместе с друзьями. Через мгновенье после взрыва Вика очнулась на земле в луже крови. Вокруг стояла поразительная тишина. Люди бегали, раскрывали рты, но никаких звуков она не слышала - ударной волной ей разорвало барабанные перепонки. Уже когда девочку доставили в больницу, врачи поставили диагноз: открытые переломы руки и ноги, большая потеря крови. Вике была назначена хирургическая операция - требовалось извлечь из мягких тканей металлические болты и шурупы, которыми было начинено взрывное устройство. "Когда дочке делали первую перевязку после операции, она кричала от боли", - рассказывает мама Вики, Светлана Горенко.

"Чудесные сапожки, спасительная спина..."

Лариса и Вика находятся на лечении в тель-авивском медицинском центре "Ихилов". В полночь 1 июня сюда были доставлены большинство пострадавших в теракте около клуба "Дольфи". Десять раненых отвезли в больницу "Вольфсон" в Холоне.

Там мы и встретили Натали Шехтман. Натали четырнадцать лет. "Я обожала эту дискотеку. Ходила туда каждую пятницу, - говорит девочка. - Там всегда было так здорово! И в этот раз ничто не показалось подозрительным. Потом уже рассказывали, что террорист стоял совсем близко. Меня закрывала от него только спина какого-то высокого парня. Это, видимо, и спасло мне жизнь, потому что моя подруга Яэль (Юля) Скляник погибла".

Ранение Натали Шехтман тоже характеризуется как легкое, Но за спокойной формулировкой все же проглядывает трагедия: правая рука девочки раздроблена и, по всей видимости, навсегда сохранит следы травмы и перенесенной операции. Ее слух до сих пор не восстановлен из-за контузии, а на лице видны пороховые ожоги.

На соседней кровати лежит шестнадцатилетняя Маша Штейнгольц. Рядом сидят ее мама, папа и брат. Ни на минуту они не покидают палату. Маша -любимая дочь в интеллигентной семье бывших москвичей.

В прошлую пятницу она попросила у родителей разрешения погулять с подружками. Сначала девочки намеревались посидеть в кафе, но потом решили поехать в Тель-Авив, на дискотеку. Стали уговаривать Машу составить им компанию. И она не выдержала -согласилась, первый раз в жизни без родительского разрешения. Маша Штейнгольц оказалась в самом конце очереди. Ее выручило это, а еще - нарядные са-пожки, которые она обула перед прогулкой. Их кожу смог пробить только один металлический шарик, которыми в изобилии был начинен заряд взрывчатки. Он вонзился в ткани стопы девочки, оттуда его и извлекли хирурги больницы "Вольфсон".

Врачи обещают, что ранение в будущем не помешает Маше нормально ходить. Но, увы, просто ходить для нее недостаточно. "Наша дочь профессионально занимается танцем, - рассказывает ее отец. - Через несколько дней должно было состояться выступление ее коллектива, девочки долго к нему готовились. Теперь, конечно, концерт пройдет без Маши".

"Они - олим хадашим, у них проблемы..."

Во всех больницах, где размещены раненые, • а они находятся также в Медицинском центре имени Рабина, больнице "Шиба" в Тель ха-Шомере, детском медицинском центре "Шнайдер", - не иссякает поток посетителей. К пострадавшим подросткам приходят их учителя и одноклассники, представители политических партий и благотворительных организаций, друзья и совершенно незнакомые люди. Раненым детям приносят подарки, сладости и игрушки. Каждая делегация считает своим долгом иметь при себе русского переводчика, хотя большинство пострадавших прекрасно владеют ивритом. Однако будет ли общество так же внимательно к их специфическим репатриантским проблемам, когда первое потрясение от теракта уляжется, а больных выпишут домой?

Семья Горенко, например, живет в Израиле уже семь лет. У Вики есть старший брат, который тяжело болен. Три года назад Светлана Горенко пригласила в Израиль свою мать - пожилую женщину, оставшуюся после отъезда дочери в Израиль в полном одиночестве. Семидесятилетней женщине разрешили жить в нашей стране, но в получении пособия по старости отказали. Теперь она вынуждена ухаживать за престарелыми, чтобы не быть обузой для семьи.

Похожая беда и у Натальи Шехтман, мамы четырнадцатилетней Натали. Недавно она развелась с мужем и теперь растит девочку одна. Несколько лет назад к ней перебрался из России ее старший совершеннолетний сын, который после тяжелого недуга стал инвалидом. Поскольку он - нееврей, ему отказано в получении израильского гражданства. Наталью Шехтман не страшит то, что она - единственная кормилица в семье. Гораздо больше пугает другое - что по закону ее сына могут в любой момент выслать из страны.

Семья Азясских - не из тех, кто будет жаловаться на свои проблемы. "У нас есть только одна просьба, -застенчиво говорит мать Ларисы Азясской. - Мы живем на последнем этаже многоэтажного здания. В нашей квартире невыносимо жарко. А Ларисе придется еще долгое время после выписки из больницы находиться дома. Если бы можно было найти хоть какой-нибудь кондиционер - старенький, ненужный хозяевам, или списанный, мы могли бы немного облегчить девочке страдания".

"После реанимации - уже жизнь"

Когда корреспонденты "Вестей" уже покидали здание больницы "Ихилов", стало известно, что в состоянии Кати Пелен, находившейся в реанимации более трех суток, наступило улучшение. Врачи сочли возможным перевести ее в другое отделение. Как только передвижные носилки с Катей вывезли из реанимационной палаты, девочка стала умолять позволить ей увидеться с Ларисой Азясской. Объяснения врачей о том, что она подключена к кислородному аппарату и не может долго находиться вне палаты, не помогали. И тогда медики решились.

Носилки с Катей вкатили в отделение, где лежала ее подруга. Лариса от волнения не могла стоять на ногах - ее пришлось посадить в инвалидное кресло. Как только носилки поравнялись с креслом, девочки потянулись друг к другу и крепко обнялись. Они плакали, не разжимая объятий, беззвучно - так, как плачут два солдата, оставшиеся вдвоем на опустевшем поле боя.

Евгения Лахимова Спецвыпуск "Вестей"

Читайте также:
Мы искали красавицу, блондинку с голубыми глазами
До взрыва и после…
"Я здесь останусь" — Пережившие Ад
Вернуться на главную Мемориал | Статьи | Дольфи Форум | Просим о помощи | Гостевая книга | Ссылки
Александр Эльштейн dolfi.ru © 2002 All rights reserved
dolfi.ru © Designed by SiteMaker